Крестьянам нашей волости теперь ближе и понятнее всего — волостной суд, и поэтому со всякими спорами и тяжбами, хотя бы и не подсудными ему, они сначала обращаются к этому суду. До 1895 года, когда у нас не было введе­но в действие положение об участковых земских начальниках, наши крестьяне только в крайних случаях обращались в волостной суд со своими просьбами и жалобами, потому что тогдашний воло­стной суд, по характеристике моего при­ятеля Сидора, был таков:

Кто палку взял,

Тот и капрал.

Но с 1895 года в нашем селе появился "земский", которого закон обязал прове­рять действия всех выборных и наёмных должностных лиц волостного и сельско­го управлений, брать верх горлом стало уже не так легко, и, заметив это новое явление, крестьяне охотно начали су­диться в волостном суде, который, кста­ти сказать, улучшен и "временными пра­вилами", высочайше утверждёнными 12 июля1889 года. И благодаря этой рефор­ме, наш волостной суд заваливается су­дебными делами, так что вместо прежних трёхсот-четырёхсот "горловых" дел, те­перь он разбирает в течение года более восьмисот споров и тяжб.

Кстати, замечу при этом, что и харак­тер тяжебных дел у здешнего крестьян­ства изменился. При "горловом" суде, стремившемся не к водворению мира в своей крестьянской среде, а к обирательству и опивательству этой среды, крестьяне судились лишь тогда, когда сумма иска или стоимость спорного предмета могли окупить "харчи на су­дейский могарыч" и "тёмную", игравшие главную роль в дореформенной воло­ките. Теперь же, когда горло охрипло, а "харчи" потеряли свою прежнюю силу — "не всегда стали брать верха", посе­ляне начали спорить и тягаться часто из-за грошей и из-за предметов и обид, не стоящих выеденного яйца.

Стоит ли, например, судиться из-за того, что вас кто-нибудь, по глупости своей или ради общего смеха, обзовёт "колдуном"? Конечно, не стоит. Между тем, минувшим летом здесь был случай, когда один из здешних почтенных ста­ричков тянул другого в волостной суд именно из-за слова "колдун". Нужно ли заводить тяжбу из-за чугуна, стоящего тридцать три копейки? Понятно, не нуж­но. Однако наш современный волост­ной суд разбирал дело об этом чугуне, целую деревню вызывал и мирил из-за него, и враждующая деревня ездила ми­риться в Оренбург, в уездный суд.

Подписано: Селянин

Опубликовано: Оренбургская газета. 1898, 3 января.